Деградация системы международных отношений: что дальше?
Ялтинско‑Потсдамская система международных отношений начала существенно деградировать сразу после развала Советского союза и Социалистического лагеря. Но с 2014 года эта деградация вышла на принципиально новый уровень, что усугубляется острой ресурсной недостаточностью и расколом в рядах американских элит. Недавние обыски в российских дипучреждениях в США — еще один удар по современной архитектуре международных отношений…
Главным политическим событием 2016 года стало избрание Дональда Трампа на пост президента США, засвидетельствовавшее серьезный раскол внутри американской элиты. Данный раскол приводит к тому, что у официального Вашингтона до сих не выработана единая политика по ключевым внешнеполитическим вопросам, включая проблематику Ближнего и Среднего Востока, Азиатско‑Тихоокеанского региона, отношений с Россией.
Пользуясь внутриполитической слабостью несистемного президента Трампа, над которым нависает «дамоклов меч» возможного импичмента, каждое из американских ведомств перетягивает одеяло полномочий на себя, не координируя работу со «смежниками».
Поскольку международная политика всё еще в значительной степени является производной от внутриамериканской, конфронтация на вершине политического Олимпа США усугубляет и без того непростую геополитическую ситуацию. Новый виток противостояния США с КНДР, Китаем, Ираном, нарастание противоречий с Евросоюзом являются непосредственным результатом внутриамериканских дрязг.
Не видно на горизонте и никаких признаков «большой сделки», о которой судачили оптимисты сразу после избрания Трампа. Наоборот, отношения с РФ продолжают ухудшаться: дошло даже до обысков в российских дипломатических учреждениях в США в нарушение Венской конвенции (впрочем, стоит ли апеллировать к международному праву, мощнейший удар по которому был нанесен именно в эпоху американского президента Буша‑младшего, проводившего дуболомную империалистическую политику?).
Обыски в российских диппредставительствах имеют прежде всего медийный эффект — это невозможно сравнивать с озвученными в 2014 году угрозами нефтегазового эмбарго и отключения от международной платежной системы SWIFT.
Международная политика сама по себе становится всё более медийной, оторванной от объективной реальности и вопросов, затрагивающих население планеты, а мышление большинства современных политиков — всё более клиповым.
Как бы там ни было, но предпосылок для снижения градуса санкционного противостояния между США и РФ не просматривается. Хотя вводимые США финансово‑экономические и торговые ограничения правильнее называть не «санкциями» (таковые может вводить только СБ ООН, как например недавно против КНДР), а инструментами передела высокодоходных рынков в интересах американского капитала в условиях сокращающейся ресурсной базы. Это наглядно демонстрирует последний санкционный пакет, направленный против строительства газопровода «Северный поток — 2» и вызвавший критику ряда европейских столиц, а именно Берлина и Вены.
Словом, «российская агрессия» — слишком удобный инструмент международной политики для решения узкокорпоративных интересов, отказываться от которого для США и американской клиентелы в Восточной Европе смысла не имеет.
В свою очередь главным возбудителем спокойствия в межгосударственных отношениях на Европейском континенте сегодня выступает правящий класс Польши, представляющий национал‑консервативную партию «Право и справедливость». Ладно бы польские правящие требовали военных репараций только от России, мотивируя подобные претензии подписанным в 1921 году Рижским договором, — это можно было бы списать на традиционную обиду польских «верхов», тянущуюся еще с XVIII века, когда панславистский проект, вместо Речи Посполитой, реализовала Российская империя.
Но Варшава в лице премьер‑министра Беаты Шидло потребовала репараций и от Германии (основного донора структурных фондов ЕС, крупнейшим реципиентом дотаций из которых является именно Польша) за ущерб, нанесенный во время Второй мировой войны.
Фактически польские власти нарушают один из основных принципов, положенных в основу создания Европейского союза — примирение, табуирование исторических споров и территориальных претензий.
Добавят ли подобные действия устойчивости Евросоюзу, где невооруженным глазом видны центробежные тенденции, — вопрос риторический.
Далеко не факт, что добавит устойчивости Евросоюзу и вероятное переизбрание на должность канцлера Ангелы Меркель по итогам ближайших парламентских выборов в ФРГ. Помимо польских властей, не лучшие отношения у фрау Меркель сложились с правящей верхушкой США, РФ, Турции. Заслуживает внимание мнение одного из известных украинских политологов Михаила Павлива: «Ангела Меркель словно кость в горле всех без исключения мировых лидеров. Нынче миром правит шоу‑политика. И именно шоу‑эффекты являются поворотными инструментами мировой политики. Если кто‑то надумает решать проблему фрау Ангелы, решать ее будут с помощью шоу. В почете у планктона по всему миру нынче два типа шоу — скандальные разоблачения и кровища. Что выберут для фрау — неизвестно…».
Что касается постсоветского пространства, то усиление геополитической турбулентности для него означает повышение рисков эскалации замороженных конфликтов и внутриполитических потрясений, сколько бы ни говорили, что после прецедента Украины последние невозможны. Как долго продлится нынешняя полоса в международной политике, не возьмется сказать наверняка ни один уважающий себя эксперт.
