Геополитика обиды: накажут ли США европейцев за отказ от войны в Иране?

28 февраля 2026 года, первый день операции США и Израиля в Иране, министр обороны Италии Гвидо Крозетто встретил на отдыхе в Дубае. Когда на город посыпались ракеты исламской республики, Крозетто, которого не предупредили заранее, обнаружил себя в западне. Реакция министра: “Представьте, что значит быть в далекой стране, когда начинается война, и вы там со своими детьми… и кто-то говорит вам: “Синьор министр, за вами прилетит самолет”, а вы смотрите на своих детей и мечетесь между тем, чтобы быть мужем и министром. <…> Я был там, потому что там были мои дети. Я сделал этот выбор. Возможно, мне нужно было оставить там своих детей и вернуться в Италию, но я остался”.

31 марта стало известно, что эта история имела продолжение. Решением Крозетто американский бомбардировщик, запросивший дозаправку на базе в Средиземном море, получил отказ. Официально — по процедурным соображениям: США уведомили о подлете, когда их самолет уже был в воздухе. Возможна и другая трактовка: поставить себя перед фактом повторно Крозетто не позволил.

В эту игру можно играть вдвоем

После избрания в 2024-м Дональда Трампа президентом США премьера Италии Джорджу Мелони (изначально радикального правого консерватора) называли самым удобным собеседником для новой администрации в Европе. В отличие от Эмманюэля Макрона и Олафа Шольца, Мелони получила приглашение на инаугурацию американского президента в 2025-м. Спустя 14 месяцев отношения между странами явно успели миновать высшую точку. Как пишет The Daily Mail, Министерство обороны Италии объявило в конце марта, что впредь боевым самолетам США разрешается посадка на итальянских базах “только после объяснений, с какой целью их намереваются использовать, и только в случае согласия итальянского правительства”.

Разворот над Апеннинами, который в фигуральном смысле совершили самолеты, не означает заморозки отношений между Италией и США, но он вносит в них оттенок прохлады. В дипломатии это называют изменением тона. В марте Дональд Трамп призвал европейские страны самим разблокировать Ормузский пролив, чтобы вывезти взятую в тиски нефть. К апрелю ясно, что Италии в числе участниц акции не будет, хотя с 2001-го по 2021-й она сражалась на стороне США против “Талибана”, а экс-премьер Сильвио Берлускони, единомышленник Мелони, в 2003-м публично одобрил вторжение американцев в Ирак.

Сигнал, который итальянцы на этот раз направляют Вашингтону, можно трактовать как установление дистанции. Технически на Апеннинском полуострове по-прежнему расквартированы 12 тыс. американских военнослужащих. США располагают там собственными базами, так что не во всем зависят от Рима. Сворачивание сотрудничества подобного размера в краткие сроки в принципе невозможно. И тем не менее Вечный город предпочитает не замалчивать эпизод с военным самолетом, а предъявляет его публике. Это означает, что в отношениях между консервативной американской администрацией и ультраправым правительством Италии, единомышленниками и союзниками в течение года, не все идет по-прежнему.

Сцена в Мадриде

В соседней Испании ситуация выглядит похожей на итальянскую. Контингент США на Пиренеях насчитывает приблизительно 4 тыс. человек. В его распоряжении базы Рота и Морон, а вдобавок к ним крупный и все растущий оружейный рынок. Всего за последние пять лет объем закупок вооружений Мадридом у американских производителей вырос вдвое: под действием изменившихся правил НАТО Испания увеличивает свои расходы на оборону.

Это не помешало премьер-министру Педро Санчесу стать критиком американской кампании в Иране: “Правительство Испании заявляет: “Нет войне”. Мы не станем соучастниками действий, которые угрожают миру и противоречат нашим ценностям, лишь из-за страха перед последствиями”. В Мадриде, как и в Риме, от слов перешли к делу. С 30 марта воздушное пространство королевства закрыли для боевой авиации американцев. С логистической точки зрения ущерб, правда, незначителен: дозаправкой на испанских берегах пользовались в основном самолеты, взлетавшие с баз в Великобритании. Но неудобство доставить все же вышло: приняв предупреждение испанцев всерьез, американцы эвакуировали с Пиренеев свои бомбардировщики.

Как и в случае с Италией, Испания и США окунулись в риторическое противостояние. Американцы грозят королевству полным разрывом торговых отношений, что едва ли технически возможно: для этого потребовалось бы распространить режим эмбарго на весь Европейский союз. Испания отвечает уверениями, что не поддастся нажиму. От администрации Санчеса исходят самые резкие выпады в адрес Белого дома, на какие до сих пор отваживались европейцы. Несмотря на это, о сворачивании деятельности американских военных в королевстве речи не идет.

Тактика мелких порезов

31 марта стало известно, что еще две страны Европейского союза, судя по всему, тоже сказали Америке и Израилю “нет” (пусть и в отдельно взятом случае). Традиционный союзник США, Польша, располагает двумя зенитными ракетными комплексами Patriot. По данным местной прессы, администрация Трампа попросила один из них взаймы для переброски на Ближний Восток. Поступал ли такой запрос в действительности, неизвестно. Но польский министр обороны счел нужным отреагировать в социальной сети: “Наши батареи Patriot предназначены для защиты польского неба и восточного фланга НАТО. Ничего в этом отношении меняться не будет. И у нас нет планов переместить их куда бы то ни было!”

Еще об одном отказе стало известно из реакции Трампа на действия Франции, о которых та сама предпочла не сообщать. 30 марта американский президент уведомил, что пострадал его ближневосточный союзник: “Франция не позволила самолетам, которые направлялись в Израиль с военным грузом, пролетать над своей территорией”. Пост получился эмоционально заряженным. Трамп назвал действия Эмманюэля Макрона крайне “неполезными” и дал обещание “запомнить” (или припомнить) их.

Основания таить обиду на французов у Трампа найдутся, даже помимо этого инцидента. С начала иранской кампании Макрон, поколебавшись, присоединился к числу ее критиков из-за произошедшего, по его оценке, “нарушения международного права”. Вдобавок Франция отказалась от роли, которую ей предлагали: не стала помогать США в разблокировании Ормузского пролива до завершения активной стадии боевых действий. Трампу это совсем не на руку: американские потребители страдают от повышенных цен на бензин и ждут в преддверии выборов в Конгресс, что Белый дом сам или с посторонней помощью, но сумеет снизить стоимость барреля. Использовать с этой целью французские ВМС было бы заманчиво, но администрации республиканцев такой маневр не удался.

США и Европа: что дальше?

В свете ставших известными фактов разумно задаться вопросом: насколько значим по совокупности “бунт европейцев”? По состоянию на 2026 год США располагают 40 базами в пределах Европы, на которых расквартированы приблизительно 70 тыс. военнослужащих. Это чрезвычайно разветвленная инфраструктура. Появились утечки о том, что она прямо задействована в конфликте. Наиболее полно информацией на этот счет поделилась The Wall Street Journal: согласно ее сведениям, Германия, Португалия, Франция, Италия и Греция в последние недели позволяли американским боевым самолетам совершать пересадки, заправляться и загружать на борт оружие со своих баз, и это не считая содействия в управлении БПЛА.

Большого секрета во всем этом нет: к примеру, Португалия уведомила о логистическом участии в войне открыто. Германия обошлась без таких признаний, но ее выдал Дональд Трамп: в марте на встрече с канцлером Мерцем похвалил ФРГ за сотрудничество в военной сфере. А министр обороны Борис Писториус позже сообщил об отсутствии правовых претензий к использованию немецкой базы Рамштайн для управления дронами, нацеленными на Иран. Соответствующее решение в 2025 году (правда, на случай столкновения с хуситами Йемена) уже вынес местный конституционный суд. Германии ничто не мешает “подавать снаряды” американским военным — и, судя по всему, ею в Вашингтоне вполне довольны.

Чем же на этом фоне являются акции неповиновения европейцев — всего лишь точечными, очаговыми явлениями, более медийными событиями, чем фактами международной политики? И да, и нет. С одной стороны, урон, нанесенный сопротивлением европейцев США, стоит признать символическим. Его можно рассматривать как до предела смягченный выпад младших партнеров, которые вынуждены по прямой вине США значительно переплачивать за нефть и газ и потому ищут способ как-то заявить о своем недовольстве. С другой — важно то, что с дипломатического уровня трения перешли на военный, чего во времена иракской войны 2003 года, к примеру, не было.

Италия и Испания дают понять Америке, что доступ к их территориям США больше не обеспечен, создавая тем самым необыкновенный прецедент. Он подрывает саму логику существования НАТО, ведь польза от этой организации для Белого дома и заключается в том, чтобы в случае необходимости использовать территории союзников как свой тыл. Если же это более не гарантировано, многое теряет свой прежний смысл — и прежде всего траты американцев на оборону Старого Света от внешних угроз.

Семь лет прошло с 2019 года, когда президент Франции Эмманюэль Макрон поразил мир словами о “смерти мозга НАТО”. Они адресовались туркам, вступившим в боевые действия на сирийской границе против курдов, проигнорировав альянс. В Париже предупреждали, что в случае большой войны на Ближнем Востоке вправе и не прийти Анкаре на помощь. Франко-турецкие трения того времени могли привести к кровопролитию, особенно на море, где флот Пятой республики пробовал мешать Турции вести геологическую разведку в территориальных водах Кипра.

Спустя годы кризис в НАТО выглядит значительно глубже, поскольку место возмутителя спокойствия заняли США. Раскол с ними для альянса был бы фатален — ведь на долю американцев приходится не менее 60% всего бюджета НАТО. Сознавая соотношение сил, европейцы ограничивают свои выпады булавочными уколами. С другой стороны, добиться от Европы той помощи, в которой он нуждается, у Дональда Трампа не выходит. Какие формы примет его гнев, покажет время.

tass.ru