22 марта 2020, 10:25 ИСТОРИЯ Владимир Холод

В дивизии они были разведчиками

Продолжаем серию публикаций о фронтовиках Великой Отечественной войны, выходцах из Северного Казахстана.

Разведчик Иван Иосифович Маховский почти всю войну носил форму немецкого обер-фельдфебеля. В трудных, казалось, совсем безнадежных ситуациях она спасала ему жизнь.

Одна из первых операций разведчика – поиски «неуловимого аэродрома» фашистов. Он «прятался» где-то в лесу. И каждый день с него поднимались самолеты и летели бомбить Ленинград. Сбросив на город весь смертоносный груз, возвращались на аэродром и как будто уходили под землю.

Их было двое – Маховский и Богачев. Все ближе и ближе они приближались к месту расположения немецких войск. Ночевали в лесу, днем в бинокль следили за передвижением немецких войск. И вдруг, будто случайно, в поле зрения попала взлетная полоса, она убегала далеко в лес. Притаились, ждали, когда же появятся самолеты. И они появились. Один за другим брали курс на Ленинград. Впечатление было такое, будто они появлялись из-под земли. Быстро нанесли на карту координаты и двинулись в обратный путь. Он оказался нелегким: то и дело возникала опасность попасть на глаза немцам. Наконец, дошли до линии фронта. Казалось, «свои» рядом, вот только поле перейти. А поле-то оказалось плотно заминированным. Помощи ждать неоткуда. Пришлось самим разминировать узкий проход, и так добрались до своего штаба. Как только доложили о результатах операции, в воздух сразу же поднялись советские бомбардировщики, заработала артиллерия. Больше ни один самолет не взлетел с «неуловимого» аэродрома.

Немало других операций было на счету у Маховского и его товарищей. Например, наблюдение за железнодорожным участком Кингисепп – Красногвардейск заняло полгода. В назначенные часы в эфир летели донесения: прошли два эшелона танков и живой силы. По их следу сразу же летели наши самолеты.

О своей «работе» на фронте Иван Иосифович рассказывал спокойно, с улыбкой, будто это не он каждый день вел опасную игру со смертью, не он совершал дерзкие вылазки буквально у врагов под носом. С особым чувством он говорил о тех случаях, когда на помощь приходили «нештатные» разведчики.

Однажды получил приказ – узнать номер части, расквартированной в селе Алексеевке. Пробраться в село было невозможно. Но, видно, так было угодно судьбе – на помощь пришел девятилетний мальчик, сын старосты. Он «как бы случайно» подобрал пустой конверт, а на нем был указан номер части.

И только одно задание не выполнил разведчик Маховский. Но почему-то он рассказал об этом с веселой улыбкой. Надо было прорваться в район Нарвы и сообщить о месте скопления немецких войск. «Не сумел я выполнить это задание. Меня опередили наши войска. Они так стремительно продвигались вперед, что даже разведчики не всегда поспевали».

Судьба ли, опыт и осторожность берегли солдата? Но только, пройдя все круги ада, он вернулся домой к мирному труду. На груди три ордена и медали.

Он работал в локомотивном депо станции Петропавловск машинистом. Красивый, с пышной шевелюрой, крепкий, статный, только к старости стал чуть-чуть сутуловатым, он располагал к себе. И, конечно, не только своим внешним видом. Он был отличным машинистом, имел звание «Почетный железнодорожник». Был депутатом в городском и областном Советах. И везде был уважаем за хорошую работу.

С Красной Армией свою судьбу Андрей Алексеевич Пуненко связал еще в 1938 году. Он участвовал в боях за освобождение западных областей Украины, Белоруссии и Бессараби. Домой, в Булаевский район, вернулся в декабре 1940 года санинструктором в звании старшины запаса медицинской службы.

Так хотелось поработать на земле! Работы в колхозе хватало всем. Но через полгода начавшаяся война позвала на фронт. Он был мобилизован и направлен в 314-ю дивизию, зачислен в разведотряд. По воле случая оказался первым разведчиком, которому удалось добыть немецкого «языка». А «язык» оказался замечательным! Не выдержал немецкий солдат наших морозов и поверх военной формы натянул женское платье. Что и говорить , как своим внешним видом он поднял настроение нашим бойцам.

Иван Маховский и делегация из Северо-Казахстанской области на фронте среди воинов 314 стрелковой дивизии. Октябрь 1942 год

Разведотряд работал оперативно. По его донесениям взрывали коммуникации, склады, технику врага. При выполнении очередного задания – это была разведка боем – Пуненко был тяжело ранен и отправлен на лечение в глубокий тыл. Лечился долго. А после выздоровления вернулся на фронт, но направлен был не в 314-ю, а на Сталинградский фронт. Сталинград, Украина, Карпаты, Будапешт, Прага – вот его фронтовые дороги. Здесь он и стал полным кавалером ордена Славы.

Демобилизовался осенью 1945 года, 25 октября. В Булаевский район не вернулся, а работал сначала в ОРСе станции Петропавловск, а затем на Петропавловском хлебокомбинате.

Стать кавалером орденов солдатской доблести удается не каждому. А вот школа, обучение – это доступно всем. И что-то заставило Андрея Пуненко уже на пятом десятке пойти учиться в школу рабочей молодежи №7 на станции Петропавловск. Начинать пришлось с 5 класса. «Грыз гранит науки» за школьной партой наш фронтовик прилежно. А когда, начиная с 1965 года, в нашей стране начали отмечать День Победы, он активно включился в работу по воспитанию молодежи, чтобы рассказать о силе и сплоченности советского народа, об отваге и смелости солдата и о своей маленькой роли в великой войне. И о чем бы ни рассказывал Андрей Алексеевич, перед какой бы аудиторией он ни выступал, главной в его речи была мысль: как же тяжела, эта борьба за мир.

Григорий Ильич Карабан до войны работал учителем в селе Кирилловке Северо-Казахстанской области. Был молод, строил планы на будущее, и в эти планы никак не входило участие в войне… Но она началась. И вот в составе 314-й дивизии он уже на Свирском рубеже. А его воинский долг – быть разведчиком. Присвирье, Лодейное поле, Подпорожье – леса и болота. А он, Карабан, из привольных, открытых степей Приишимья. Не легко приходилось ему выполнять боевые задачи – вести разведку. Вдоль и поперек исходил он эти лесисто-болотистые места, причем зачастую по-пластунски. Видно, какое-то чутье и молодость помогали ему выполнять все задания. Недаром же столько наград у Карабана: ордена Красной Звезды, Отечественной войны 1-й степени, Красного знамени и много других медалей.

Волховский, Ленинградский, Третий Прибалтийский, Первый Украинский фронты прошел Григорий Ильич Карабан, начавший войну сержантом, командиром взвода разведки, а закончил ее в Праге в звании капитана, в должности заместителя командира полка. Он был трижды ранен, но всегда возвращался в строй, в родную 314-ю.

После войны к учительской работе он так и не приступил, работал директором хлебоприемных предприятий. Поднятая целина начала давать богатые урожаи, и хлеб надо было уметь хранить. И бывший фронтовик справлялся с этой задачей на «отлично». Здесь он получил еще один орден – Октябрьской революции. А военную выправку, военную стать сохранил до самых преклонных лет.

Я стал ветераном и песен в строю мне не петь.

А сердце – так странно –

А сердце не хочет стареть.

Зовет все куда-то и душу тревожит мою…

Куда же звало его сердце? Кто ж это знает. Но есть одно место, где по зову сердца Григорий Ильич побывал не однажды. Это Подпорожье, Лодейное поле – Свирский рубеж. И каждый раз по приезду сюда ветеран убеждался: здесь свято чтут память о североказахстанцах, погибших в Великую Отечественную войну.

“Урал-Евразия”

Похожие материалы:

Новости партнеров